М

От Мироша Леонида Андреевича.

Мирошу Андрею Семёновичу.

П.п. 20663- Р.

Полацкая область, Плисский район, Плисса.

Мирош Леонид погибнет в марте 1945 году в Восточной Прусии.

"Добрый день, мои дорогие и любимые родители папа, мама, Соня, Феня и Надя. Шлю я вам свой горячий гвардейский, а также и комсомольский привет из госпиталя, и желаю я вам всего самого наилучшего в вашей жизни, работе и здоровья.

Я сейчас, как вам уже известно, лежу в госпитале, раны мои заживают, так что незадолго придется встретиться с врагом и громить его.

Дорогие мои родители, я вас очень прошу не беспокойтесь по мне и не расстраивайтесь, особенно прошу папу и мамочку храните своё здоровье. Но я думаю, что вам всем хорошо известно, что уже не долог тот день, когда врага разгромим и закроем его крышкой, чтобы он никогда и не думал про войну. Вы должны гордиться тем, что ваш сын сражается на фронте, дереться с врагом за счастье близких и за свою Родину. Придет тот день и не задалго когда я вернусь домой на родину, тогда мы заживем по-новому."

Михаил Миркин был одним из полумиллиона евреев, сражавшихся с фашизмом в рядах Красной Армии.

Дома, в местечке Черея, Михаила Миркина звали Мота. Успешно выдержав конкурсные вступительные экзамены, с 1 сентября 1940 года он стал студентом первого курса физмата Белорусского государственного университета.

22 июня 1941 года Михаил вместе с другими студентами готовились в университетском скверике к экзаменам, когда немцы начали бомбить Минск. Одна из бомб попала в общежитие, многие студенты были убиты. Михаила спасло то, что он был в скверике. Одетый в спортивные штаны и футболку, имея только удостоверение личности студента, он успел уйти из горящего Минска.

Михаил присоединился к толпе эвакуированных, направлявшихся на Восток. Преодолев тысячи километров пешком или на грузовых поездах, видя смерть и разрушения по пути, к зиме 1942 года М.Миркин достиг Поволжья. Успев проучиться несколько месяцев в пехотном училище, он был в срочном порядке направлен на фронт. Его военное посвящение произошло в Сталинградской битве в пехотных войсках. Тогда Михаилу было 19 лет.

К концу войны он был старшим лейтенантом, командиром пехотной роты. М.Миркин был трижды тяжело ранен, в последний раз в Польше в апреле 1945 года.

Зная судьбу еврейского населения на оккупированных территориях Михаил не надеялся когда-нибудь их увидеть. Однако тайная надежда на то, что они могут быть живы, никогда не покидала его.

29 июня 1944 года М.Миркин написал письмо родителям.

«Дорогие родители! Пишу письмо с надеждой, что Вас здесь нет. Но если нет, то может кто-нибудь прочтет письмо и даст ответ, мне, сыну Вашему, о Вашей судьбе. Если же Вы каким-нибудь чудом уже оказались здесь и получили письмо, то непременно ответьте мне, хотя бы два слова: «Мы живы». О Вас мне неизвестно стало с той минуты, когда началась война в 1941 году. Я расстался с семьей, не зная о ее судьбе. Но уже было сообщение, что м. Черея освобождена от немцев. Быть может, Вы остались как-нибудь живы, поэтому прошу сразу же дать ответ. Миркин М.Л.»

Но 14 августа 1944 года в 14.30 солдатский треугольник вернулся обратно с ответом начальника почты Щуплякова: «Проживавшие в Черее Ваши родственники убиты немцами 6–III–42 г. при избиении ими еврейского населения. С прив. Нач. Почты Щупляков 24/ΥII/44 г.»

В 2014 году, за две недели до смерти, Михаил Миркин передал оригинал письма с известием о гибели родных в Черее в Музей Холокоста г. Скоки (Чикаго), бесценный экспонат пополнил один из стендов экспозиции о Холокосте евреев на территории СССР.